… В детстве Светлана просиживала у экрана телевизора целыми днями, причем, смотрела не художественные и мультипликационные фильмы, а театральные постановки. Её интересовал не только сюжет. Девочке очень хотелось заглянуть «за кулисы» этого действа и понять, как рождается спектакль и каждый образ в отдельности, кто создаёт декорации, костюмы, делает грим…
- Хочешь стать артисткой? - спросила как-то мама.
- Да.
- А балериной?
- Хочу!
В балетном кружке Дворца пионеров девочка прозанималась три года, благодаря чему она обрела прекрасную осанку и постигла азы пластического языка, владение которым развивала в студии «Танцы народов мира» Дома культуры железнодорожников.
Мама Светланы Троицкой - Галина Деняк, в прошлом капитан сборной волейбольной команды Туркменистана, конечно же, хотела, чтобы дочь пошла по её стопам, и Света начала тренироваться в волейбольной секции спортивного общества «Динамо». Она не стала ни танцовщицей, ни спортсменкой, но благодаря детским увлечениям сформировались не только физические данные, но и волевой, целеустремлённый характер Светланы Троицкой.
Когда открылась школа-студия при Пушкинском театре, старшеклассница Света была в числе первых абитуриентов.
- Деточка, сколько тебе лет? – спросил председатель приемной комиссии Анатолий Дмитриевич Никитин. – И как ты будешь совмещать учебу в школе и в студии? Для начала получи аттестат зрелости…
В 1978 году, по окончании школы, Света отправилась в Минск, чтобы поступить в институт искусств. Однако с поступлением не сложилось, и чтобы развеяться, девушка поехала в село, где прошло детство её мамы. И вдруг телеграмма из дома: «Скорее возвращайся! В Пушкинском добор в школу-студию».
- Председателем приемной комиссии был Георгий Юльянович Нестер. Моей хореографической подготовкой Ахмед Пурсиянов (известный артист театра и балета, педагог) и Марина Щукина остались более чем довольны. А вот прочесть выразительно отрывок из произведения не получалось… У меня от природы громкий голос. Но однажды одноклассница сделала мне нетактичное замечание. Это так негативно подействовало на мою психику, что я выработала в себе привычку говорить тихо, в чём и призналась Г.Нестеру.
- Видишь здание? – спросил он, выглянув в окно. – Представь, что там стоит твоя подруга. Окликни её.
Я закричала что есть силы, и удивила членов комиссии природной силой голоса. Прошли отбор три абитуриента, в том числе и я.
- Ребята, - обратился к нам Георгий Нестер, - обучение в студии рассчитано на 3,5 года, вы пропустили год, но у вас есть шанс догнать и перегнать студийцев. Не упустите его!
Я с головой окунулась в учебу, вместе с товарищами ходила на спектакли и репетиции в театр и из зрительного зала наблюдала за нюансами постановочного процесса.
Режиссёр из Москвы Ольга Глубокова осуществила на сцене Пушкинского театра две постановки - «Тревога» Алеся Петрашкевича и «Сказку о Царе Салтане» Александра Пушкина. В «Тревоге» я играла главную роль – Алену, девушку, которая в результате аварии ослепла. Московскому режиссеру понравилось, как я справилась с ролью. Я же была на седьмом небе от счастья: мне – учащейся студии посчастливилось играть на одной сцене с профессионалами!
- Я возьму тебя и в «Сказку о Царе Салтане», - сказала она.
- На роль царевны Лебедь?! – обрадовалась я.
- Нет, ты будешь ткачихой.
- А почему? – удивилась я. Джульетта, Офелия, царевна Лебедь – сыграть эти роли – мечта всех молодых актрис, а тут вдруг завистливая и злая ткачиха.
- Отрицательных персонажей – играть интереснее, - последовал ответ режиссёра. – У тебя есть возможность сместить акценты зрительского восприятия, привнести что-то оригинальное в этот образ.
… Моя роль в дипломном спектакле – Малыш по сказке Астрид Линдгрен «Малыш и Карлсон». Роль далась мне легко, а спектакль получил прекрасные отзывы и вошел в репертуар театра.
Я играла всё, что мне предлагали: мальчиков, девочек и сказочных персонажей в детских спектаклях, большие и маленькие роли – в драмах и комедиях. «Твоя молодость и задатки дают нам право эксплуатировать тебя», - шутили режиссеры, и я была счастлива от такого положения дел.
Не всё получалось сразу. Помню, когда я репетировала роль служанки в спектакле «Девушка с большим ртом» по роману Арчибальда Кронина «Замок Броуди», режиссер Ренат Исмаилов сказал: «Роль маленькая, но твоя задача сделать так, чтобы она запомнилась». Однако я никак не могла попасть в рисунок образа. Режиссер был раздражён, у меня опускались руки. На помощь пришёл народный артист Туркменистана Олег Ваганович Оветисов, игравший роль хозяина: «Когда я буду парить ноги и прикажу тебе вытереть забрызганный водой пол, ты в отместку отожми тряпку мне в таз, а затем медленно разворачивайся и уходи». Этот эпизод дал импульс к созданию образа с выпуклыми чертами характера.
В спектакле «Посещение Джонни Дорсетта» по рассказу О. Генри (Уильяма Сидни Портера) «Вождь краснокожих» я, конечно же, играла находчивого и озорного мальчугана. Роль получалась, но был момент, когда одновременно надо было петь и кувыркаться – я не знала, как это совместить. Репетиции несколько раз останавливались. Мне было страшно взглянуть на Рената Исмаилова. И опять на помощь пришёл партнёр. Вячеслав Ткачук предложил мне стучать по пеньку ногой, отбивая такт, и петь. По роли я должна была срезать ножом прядь его волос. Видя, что мне не хочется этого делать во время репетиции, он сказал: «Режь! Тогда и ты будешь раскрепощённо чувствовать себя перед зрителями, и мне будет проще сыграть беспомощность перед детской непосредственностью».
Теперь настал мой черёд делиться опытом и давать советы молодым коллегам по театру. В ряде постановок я была ассистентом режиссера, в течение года проводила мастер-классы по сценической речи в школе-студии. Если вижу, что на репетициях у молодого актёра что-то не получается, делюсь своим видением построения мизансцены, стараюсь донести принципы сценического существования актёра. В нашей профессии важно следовать своей природе, в чем ты мастер, в том ты и интересен.
Когда меня спрашивают какая у меня любимая роль, отвечаю: «Все». Но есть роли, которые я считаю знаковыми, прежде всего, потому что они расширили мой диапазон восприятия жизни и человеческих поступков, заставили что-то переосмыслить. Я ценю профессию актёра за возможность проживать множество жизней, открывать что-то новое и учиться мыслить объёмно, быть в диалоге с героями, которых воплощаешь, не переступая очень тонкую грань между целостностью образа и переигрыванием.
Одной из этапных ролей в моей творческой биографии стала Ольга в спектакле «Мурлин Мурло» Николая Коляды. Играть Ольгу было и сложно, и интересно: история с элементами фарса и мелодрамы о молодой и не очень счастливой женщине. Дорог мне и образ Инны («Sorri» Александра Галина), где я пропускала через себя боль и душеный излом женщины, пережившей двойное предательство.
В «Вечере водевилей» Антона Павловича Чехова мне выпала возможность воплотить фарсовый образ - супругу коллежского асессора Мирчуткину. Я получала наслаждение от возможности «похулиганить» в гротесковом рисунке роли. Мне кажется, в этой героине соединены характеры всех сыгранных мною персонажей.
Одна из последних работ – Аркадина в пьесе Чехова «Чайка». Для каждой актрисы такая роль – подарок судьбы. Воплотить образ яркой, сильной личности и актрисы, какой предстаёт чеховская Аркадина, было и сложно, и интересно. Но «Чайка» - это, прежде всего, пьеса об искусстве в жизни и о жизни в искусстве. Философский подтекст сюжета подтолкнул меня к осознанию, что мастерство - не константа, творческая жизнь – это кропотливый процесс шлифования профессиональных навыков, балансирование на грани ментального и физического.
Послесловие. Может показаться, что актёрская востребованность Светланы Борисовны растворяет её жизнь в калейдоскопе чужих судеб. Это не так. Семья –главный источник вдохновения и предмет её гордости, тем более, что сын – Станислав Троицкий продолжил династию и служит в Пушкинском театре. А появление двух внуков привнесло в жизнь актрисы Троицкой ощущение полноты счастья. …В палисаднике перед её домом растет платан, и Светлана Борисовна считает это благородное дерево с мощными корнями талисманом творческого долголетия и семейного благополучия…
