Сегодня, накануне 70-летия Атагельды Гарягдыева, журналисты окружают первого вокалиста страны особым вниманием. Впрочем, Золотой баритон Туркменистана - настолько публичная личность, что для многих читателей факты из биографии юбиляра, о которых мы расскажем, возможно, уже известны, но освежить их в памяти будет интересно всем.

Из воспоминаний Амангельды Аманова, заведующего кафедрой сольного пения Туркменской национальной консерватории им. М. Кулиевой:

- Когда я был мальчуганом и учился в музыкальной школе по классу аккордеона, к нам в Газоджак прибыл Атагельды Гарягдыев. Певец дал концерт и очаровал моих земляков своим необыкновенно красивым голосом. Помню, как его еще и еще раз просили исполнить популярнейшую в те времена песню «Ашхабад». После этого концерта меня потянуло на вокал. Так что Атагельды Гарягдыев, сам того не зная, судьбоносно воздействовал на мою жизнь.

Наверняка, Амангельды Аманов – не единственный, на которого золотой баритон страны подействовал также.

Как золотой баритон страны чуть было не стал художником

70 лет назад в селе Эгригузер Марыйского велаята родился мальчик, его назвали Атагельды. Наверное, в момент рождения на небе сошлись счастливые звезды, потому что мальчуган был хорош собой, рос дружелюбным и общительным. Мало того, он отлично рисовал, а пел так, что односельчане приглашали его на свадьбы.

В 1967 году Атагельды Гарягдыев стал лауреатом Ашхабадского фестиваля художественной самодеятельности.

И все же дяде очень хотелось, чтобы его племянник стал художником. Ему казалось, что он от природы так хорошо поет, а на художника надо учиться. Прихватив несколько рисунков, они вместе отправились в Ашхабад поступать в Туркменское художественное училище. Но, к счастью, опоздали - набор студентов к их приезду был закончен. Судьба словно оберегала будущего оперного певца Атагельды Гарягдыева от иных жизненных поворотов.

И, все-таки, - певец

Спустя два года, получив полное среднее образование, юноша, уже без дяди, вновь едет в Ашхабад, но теперь он подает документы в Туркменское государственное музыкальное училище им. Данатара Овезова. Но снова отказ.

Неизвестно, как бы сложилась судьба Золотого баритона, если б за юношу не вступился Алик Халыкмамедович Гараджаев.

Надо отметить, что нашему герою в жизни часто встречались хорошие люди, которые помогали развиваться его таланту. Это было еще одним везением будущего певца.

- Твой голос, - сказал мне Алик Халыкмамедович, - это наше с тобой богатство, и мы должны очень бережно относится к нему, - вспоминает Атагельды Гарягдыев наставления своего первого педагога. - Пока не пой, только слушай и запоминай.

По большому счету Алик Халыкмамедович открыл мне путь в большой вокал, - с теплотой отзывается о педагоге Атагельды Гарягдыев. – Уже на втором курсе в моем голосе стали заметны мужские ноты – мутация прошла благополучно, и я запел, не опасаясь причинить себе вред.

Встреча с Нуры Халмамедовым

- Журналисты часто задают мне вопрос, а что если бы Нуры Халмамедов не встретился с вами, как бы это отразилось на вашем творчестве? – отметил в разговоре с нами Атагельды Гарьягдыев. – Конечно, я бы состоялся как певец, но такого уровня как сейчас вряд ли бы достиг. Дружба с Нуры Халмамедовым как бы наделила меня крыльями для полета. Я много раз рассказывал о нашей первой встрече с выдающимся композитором, расскажу еще раз.

Однажды во время занятий в училище в аудиторию заглянул человек небольшого роста.

- Заходи, Нуры, - сказал педагог. – Послушай, как этот студент поет твою песню «Ашхабад». Под аккомпанемент педагога я запел.

- Эту песню я написал для тебя, только тебе надо поработать с каденцией.

Я знал, что эту песню исполняла Медениет Шахбердыева, поэтому написать ее для меня он не мог, но все равно мне было приятно услышать такие слова от автора.

Спустя какое-то время Нуры Халмамедов пришел с красивым голубоглазым мужчиной.

- Знакомься, Курбанназар Эзизов.

У меня ноги стали ватными. Сам поэт Эзизов, стихами которого зачитывалась молодежь училища.

На этот раз Нуры Халмамедов предложил мне сольное исполнение с хором и симфоническим оркестром трехчастной вокально-симфонической поэмы «Реквием по павшим на фронте героям» (музыка Нуры Халмамедова, слова Курбанназара Эзизова). Для меня, вчерашнего сельского мальчишки, простое общение с такими знаменитостями было запредельным фактом! Не сон ли это?!

Выступление было потрясающим! Слаженное исполнение хора, гремящий симфонический оркестр под управлением дирижера Хыдыра Аланурова и я – учащийся музыкального училища. Все звуки слились воедино, образуя чарующую гармонию. Это было очень трогательно.

Вместо 5 лет обучения в Москве - 7 

По окончании училища я был направлен в Московскую консерваторию им. П.И. Чайковского. Благодаря моему голосу, меня взяли на двухгодичные подготовительные курсы. Сначала я очень расстроился, не понимая того, какие блага буду иметь от увеличения моей учебы на два года. Это я осознал гораздо позже, вращаясь среди специалистов высокого класса. Я учился у них оперному пению, умению держаться на сцене, учил русский язык, чтобы исполнять арии из опер. Это было насыщенное, познавательное время, за которое очень благодарен судьбе.

У Нуры Халмамедова было много друзей в Москве, но каждый раз, приезжая сюда, он посещал меня. Привозил новые песни, интересовался успехами. Как-то он сказал: «Я написал тебе песен на 5 лет». Забегая вперед, поправлю выдающегося композитора, он написал мне песен на всю жизнь. Я до сих пор исполняю его песни, и они, несмотря на новые поколения слушателей, не теряют своей популярности.

О том, как Атагельды Гарягдыев служил в Армии

- На самом деле время моего пребывания в Москве увеличилось еще на один год за счет службы в Армии. На пятом курсе консерватории мне исполнилось 27 лет – критический возраст для призыва в Армию и, из военкомата на мое имя пришла повестка. К тому времени я был женат и имел одного ребенка. Сначала меня направили в Самарканд, а затем перевели в Подмосковный поселок Барыбино. Вскоре в воинскую часть для меня поступило сообщение – моя Бике родила еще двойню. Я был однозначно уникальным солдатом – оперным певцом и отцом троих детей - по сравнению с 18-летними юнцами, с которыми мне довелось проходить службу.

Впрочем, служба в Армии тоже пошла мне на пользу, я физически окреп. Способствовали этому строгий режим, полноценное питание и занятия физической подготовкой. Обучаясь в консерватории, я активно занимался плаванием, чтобы укреплять легкие, и даже получил III разряд по плаванию. В Армии я продолжил занятия. А каким запевалой я был в строю!

Сменил гимнастерку на фрак

Год в Армии пролетел как один месяц, но снять гимнастерку и вновь облачиться во фрак было психологически непросто. Однако впереди меня ожидала подготовка дипломной работы, и это настраивало на собранность. Я приступил к разучиванию партии Роберта в опере П.И. Чайковского «Иоланта». Дипломная «Иоланта» имела огромный успех. При полном аншлаге ее исполняли много раз. Я сдал дипломную работу на пятерку!

В 1979 году я с Бике - выпускницей ГИТИСа и малышами возвратился в Ашхабад. В Театре оперы и балета им. Махтумкули я влился в творческий поющий коллектив, делясь своими навыками с коллегами.

Народный артист Туркменистана стал профессором 

Почетное звание «Народный артист Туркменистана» вот уже 6 лет Атагельды Гарягдыев сочетает с ученым званием профессора. Он передает свой опыт студентам кафедры сольного пения Туркменской национальной консерватории им. Маи Кулиевой. Второкурсники Дуньягозель Бегалиева (сопрано) и Мансур Шарипов (тенор), четверокурсники Язмурат Худайбердыев (баритон) и Мейли Суханов (тенор) – студенты, на будущее которых халипа возлагает особые надежды.

Уже вошло в традицию каждый год в Туркменском музыкально-драматическом театре им. Махтумкули ставить оперу с привлечением студентов и преподавателей консерватории. Как правило, в каждой опере одну из партий исполняет Атагельды Гарягдыев. «Когда халипа на сцене, - говорят студенты, - мы как за каменной стеной». И в этом студенческом определении вся суть великолепного певца, которого вся наша страна называет Золотым баритоном!